Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

одуванчик

Три стихотворения Жене.

Яростный и неуместный роман накрыл нас  в Москве.  И мы ночевали у всех моих подруг, готовых  пустить к себе. В этот раз мы тащились от Шаболовки в сторону Донского  к Ирке.  Она уехала и отдала мне ключ с условием, что дальше ее комнаты я не расползаюсь, так как с дачи могут неожиданно  вернуться бабушки – соседки.  Было поздно, улица пуста. И неожиданно из кустов вылез парниша с длинным хайром.  Блеющим голосом он произнес: «Люди добрые, не подскажете где в Москве кинотеатр «Украина»?  Женька остановился, как вкопанный.  А я тяжело вздохнула. Стало понятно, что ночь любви под угрозой. – А зачем тебе кинотеатр в час ночи? – поинтересовался Женька.  – А я послушник Киево -Печерской Лавры, вышел на Киевском вокзале  и меня обокрали…  - проблеял чувак.  И я поняла, что  опять началось. У Жени был роковой дар превращать жизнь в идиотское приключение…
- Послушник?   Не верю. Ты ни одной службы, небось не знаешь…  Тип обрадовался и  быстро начал своим козлиным тенорком петь службу..  Так он ее и пел, пока мы шли к ночлегу.  То есть Женька  забрал его с собой.  Чудак никого не знал в столице, кроме некоего друга, который и жил у кинотеатра «Украина».  До того, как лечь спать на раскладушке, этот послушник отправился в ванную.  Там он пробыл почти час. Я волновалась.  Женька успокаивал меня  рассказом о том, как мы будем выносить тело утонувшего в ванной послушника, закатав в ковер…  Наконец, тот вышел, сообщив, что устроил постирушку… Ночь была  прекрасна.  Женька изредка пихал меня в бок, бурча «не в театре».  Ранним утром послушник спросил нас своим тенорком – не хотите ли сходить на утреннюю службу в Даниловский монастырь, а заодно и немножечко похмелиться?  Затем он удалился…  Я злилась на Женьку… А потом много лет вспоминала этот дурацкий эпизод, московское лето, Женьку, похожего на боксера, рассвет за Иркиным окном.   От романа остались три стихотворения.


                ***
Если жизнь позволят мне сменять,
Я июльский выберу базар.
Тот, что наползает на меня  -
Густ и безобразен, как гроза.
В запахе тяжелом, как удар
Я б стояла в кофточке простой
Возле запотевшего ведра
Полного бессовестных цветов.
И тряхнув сережкой горячо,
Прятала бы трешки на груди.
И застыв над желтой алычой.
Языком прицокнул бы  грузин.
Но обмен затеян для того,
Чтоб проездом в нашей стороне,
Ты, любитель шляться средь торгов,
Напросился в гости бы ко мне.
На попутке в близкое село…
У соседки заняла б первач.
Мы б граненым звякнули стеклом.
А потом что хочешь – пой иль плачь!
Огородом росным на большак
Утром провела бы, не спеша…
И к тебе за пазуху, чужак,
Не хотела б легкая душа.

Collapse )